Виктор Пелевин библиография и интересные факты

Афтар пеши исчо

известия: Совсем недавно вышел ваш сборник «Relics: раннее и неизданное». Почему вы решили переиздать эти рассказы?

Пелевин: Потому что большая их часть не выходила в книжном формате.

известия: Судя по названию сборника и роману «Омон Ра», вы неравнодушны к музыке Pink Floyd. Можете еще рассказать о ваших музыкальных предпочтениях?

Пелевин: Я больше всего люблю тишину. Она содержит все возможные звуки. А предпочтений у меня нет, просто часто крутится в голове какая-нибудь песня. Сейчас, например, «Тридцать три и одна треть» группы «Нет слов». «Столько лет ни одной лодки, ни единого рыбака, лишь густая вода холодная, вода была глубока…». Чудо какая песня. Афтар пеши исчо.

известия: «Relics» гораздо больше напоминает привычного Пелевина: галлюциногены, буддизм — все это уже, кажется, стало вашей визитной карточкой. Вы намеренно решили сыграть на контрасте со «Шлемом ужаса»?

Пелевин: Нет, такого расчета не было. А насчет галлюциногенов — это все равно что сказать, будто визитная карточка Хемингуэя — яичница с ветчиной, потому что у него в романах упоминается это блюдо. Визитные карточки, кстати, я себе заказывал только раз в жизни, в юности. Мне их сделали пятнадцать штук в Камергерском переулке, на большее не было денег. Там было написано «Виктор Пелевин, комплект эманаций», а ниже были черная летучая мышь и телефон мексиканского посольства. Так что не обязательно галлюциногены и буддизм.

известия: Сборник завершают эссе, среди которых есть «Имена олигархов на карте Родины», подписанное Вавиленом Татарским. Эссе написано после романа «Generation П» или это первый проект легендарного политтехнолога?

Пелевин: Это первый проект. Так Вавилен появился на свет.

известия: Как бы вы охарактеризовали современную российскую идеологическую ситуацию? Я имею в виду попытки сформировать национальную идею. Вокруг какого мифа руководство страны пытается построить свою политику?

Пелевин: Знаете, у Чехова в одной из записных книжек есть запись про счет, который подали постояльцу в гостинице. В нем была такая графа: «клопы — 15 копеек». В этом суть нашей социально-экономической модели, только вместо клопов у нас «консенсус элит», а вместо пятнадцати копеек — валовой национальный откат. Когда я слышу слова «национальная идея», мне всегда кажется, что руководство гостиницы хочет расширить перечень услуг. Счет теперь будет выглядеть так: «клопы — 20 копеек, гостиничная идея — 10 копеек». Так вот, суть гостиничной идеи в этой ситуации будет сильно зависеть от ее авторства. Если ее будут придумывать постояльцы, она будет заключаться в борьбе с клопами. А если ее будут придумывать клопы, у нее будет два аспекта. Первый — официальная идеология, провозглашающая симфонию клопов и человеков. И второй — реальная политика, заключающаяся в симфонии клопов и тараканов.

известия: И последнее — как относитесь к приговору Ходорковскому?

Пелевин: Не могу похвастаться сильной эмоциональной реакцией на это событие.

Пелевин и миф

Одна из главных тем творчества Пелевина, как было сказано выше,— это миф с учетом всех его форм, вариаций и трансформаций от классической мифологии до современной социальной и политической мифологии. Как и многие писатели ХХ века, Пелевин обращается, во-первых, к содержанию мифов, их героям, сюжетам и идеям, используя скрытый и еще не реализованный потенциал мифологического мышления. Его прием — разоблачение старого мифа, создание новых и сталкивание их между собой — характерен для многих авторов мифологического романа в ХХ веке: Ф. Кафки, Дж. Джойса, Т. Манна, Г.Г. Маркеса, Х. Борхеса, Дж. Апдайка. Однако миф сам по себе не гарантирует причастности к духовным основаниям, форма мифа может быть пустой, что мы и наблюдаем сегодня. Основная мифологема современности — телевидение, реклама и PR — это тоже носители, трансляторы мифов и сами есть миф. И к этим мифам Пелевин беспощаден.

Библиография

Публикации о Пелевине

  • Бе­не­во­лен­ская Н. П. «Ни­ка» В. Пе­ле­ви­на. — СПб.: СПбГУ, 2008. — 94 с. — (Текст и его интерпретация; вып. 7).
  • Дмитриев А. В. Современная мифология как элемент структуры романа В. Пелевина «Generation ‘П’» // Гуманитарные исследования: Журнал фундаментальных и прикладных исследований. — 2002. — № 4. — С. 55—60.
  • Ермолин Е. А. Медиумы безвременья. М.: Время, 2015. ISBN 978-5-9691-1367-1
  • Павлов В. Рецензия на роман В. Пелевина «Generation П”» // Знамя. — 1999. — № 12.
  • Ройфе А. М. Душка Пелевин: (Рец. на роман В. Пелевина «Generation “П”») // Книжное обозрение. — 13.04.1999. — С. 7.
  • Руднев В. М. «Читал бы сутры, знал бы прикуп» // На посту: Культура /Искусство. — 1998. — № 1.
  • Соломина А. Свобода: надтекст вместо подтекста // Литературное обозрение. — 1998. — № 3. — С. 92.

Конкуренции с Владимиром Владимировичем я, натурально, боюсь. Кто ж ее не боится

известия: Роман построен в форме интернет-чата. Часто общаетесь в сети?

Пелевин: Нет. И вообще стараюсь пользоваться интернетом только в случае необходимости — после того как обнаружил у себя симптомы интернет-зависимости. Знаете, я, как и все, долгое время думал, что интернет — это такая чистая земля, где нет цензуры и можно найти неискаженную информацию. А потом, когда у меня стали проваливаться в эту дыру целые дни, я задумался — что такое информация? Это код, набор сигналов, сообщающих о чем-то. Допустим, на горе зажгли костер — и вы понимаете, что приближается вражеская конница. В блогосфере, если продолжить аналогию, костров очень много, но они сообщают не о приближении конницы, а о том, что на соседнем огороде вчера видели суслика. Там уйма информации, но эта информация имеет очень низкий ранг и называется прекрасным русским словом «лытдыбр», которое получается, если напечатать «дневник» на английской клавиатуре. Информация высоких рангов в блогосферу не попадет, потому что имеет денежный эквивалент, и чем она ценнее, тем лучше ее прячут. Это экономическая аксиома. Тем не менее ковыряться в шелухе — удивительно затягивающее и уютное занятие. Каждая такая сессия программирует вас на следующую. В сознании формируется что-то вроде троянской программы, которая начинает ломиться в сеть каждые пять минут — вам ничего там не нужно, но вы все равно подключаетесь. А делать это не стоит, потому что поглощение бессмысленной информации сокращает жизнь — я имею в виду не количество прожитых лет, а ее субъективную протяженность. Жизнь — это ведь и есть восприятие информации. У человека ограниченная емкость.

известия: Вы следите за своим сайтом?

Пелевин: Там интересный форум. Заходят яркие личности. Какие-то тантрические буддисты в гневном аспекте, старообрядческие кликуши из Лондона. Довольно много Пелевиных. Обязательно появится какой-нибудь сердитый молодой человек с виноградной гроздью в руке — и по морде, по морде… Я в таких случаях думаю — ну ничего, зато меньше достанется его домашним. Приношу людям хоть маленькую, но пользу.

известия: Кстати, как вы относитесь к проекту Виктор Олегович? Не боитесь конкуренции с Владимиром Владимировичем?

Пелевин: По поводу проекта Виктор Олегович мне вспоминается строчка из Набокова: «Достоевский производит гнетущее действие на психику современного человека, ибо, как в страшном зеркале, — — — ». Здесь важна именно эта странная пунктуация. А конкуренции с Владимиром Владимировичем я, натурально, боюсь. Кто ж ее не боится.

известия: Я слышала, как Борис Гребенщиков, с которым вы дружите, говорил, что вы договорились не встречаться. Это правда? А как тогда происходит общение?

Пелевин: В контролируемом сновидении. Там, правда, не всегда знаешь, когда это общение происходит на самом деле, а когда его домысливаешь.

известия: Во время презентации «Мифов» на Франкфуртской книжной ярмарке вы отправились в Корею. Что вас туда привело?

Пелевин: Карма.

известия: Любовь к восточной культуре началась еще со времен журнала «Наука и религия»?

Пелевин: Это не столько любовь к культуре, сколько любовь к природе. Восточная культура хороша именно тем, что образует рамку к природе, а не билборд, который ее заслоняет.

Пелевин и постмодернизм

Главный вопрос, который всех волнует, это отношения Пелевина с постмодернизмом. Под термином “постмодернизм” понимаются несколько различных феноменов современной западной культуры. Во-первых, постмодернизм как художественный метод, прежде всего — литературный. Его характерные черты и приемы — это цитирование, игра со смыслами, смешение жанров, сочетание высокого и низкого, совмещение элитарного и массового, соединение интеллектуального и развлекательного (как в “Имени розы” Умберто Эко). В этом смысле постмодернизм — это всего лишь стиль, некоторая историческая форма в искусстве, в которую можно вложить все что угодно. Пелевин — постмодернист с точки зрения формы.

Во-вторых, существует постмодернизм как философский метод, один из самых сложных и изощренных в западной философии конца ХХ века.

В-третьих, постмодернизм можно понимать как мировоззрение, даже идеологию, соответствующую состоянию современной цивилизации, как самопонимание общества потребления. Наступившая пост-современность означает конец истории, исчерпание гуманизма, исчезновение личности и “смерть Бога”.

Философия постмодернизма в своем упрощенном и искаженном варианте предстает как философия предельно скептическая и циничная. Такой постмодернизм является противоположностью не только всей классической философии, но и всех традиционных религиозных учений, в первую очередь — христианским корням европейской цивилизации.

Но если постмодернизм рассматривать как метод анализа и критики современной цивилизации, как диагноз болезни общества потребления, то он наш союзник, когда критикует западный образ жизни и разоблачает обман массовой культуры, ложь власти и прислуживающих ей идеологов и философов. Постмодернизм наглядно демонстрирует исчерпанность системы классической рационалистической философии и потерянность философа в многообразии методов философии неклассической. И если действительно “Бог умер” для безбожного мира, то постмодернизм — это способ философствования в ситуации богооставленности. В разрушении постмодернизмом всех и всяческих абсолютов можно усмотреть тоску по Абсолюту, в изгнании сакрального смысла — неравнодушие к нему.

Если постмодернизм как философский и критический метод можно применить против постмодернизма как мировоззрения и идеологии и облечь в художественную форму, то получится нечто похожее на тексты Пелевина. На самом деле он не постмодернист, а скорее анти-постмодернист.

Потому что даже любимый Пелевиным буддизм как традиционное духовное учение естественным образом выступает против постмодернизма. С точки зрения буддизма подлинная реальность существует, хотя бы внутри сознания человека, так как в буддизме окончательное освобождение возможно и достижимо. И есть путь, ведущий к этому освобождению, и есть люди, которые уже прошли по нему и готовые помочь другим. В отличие от буддизма постмодернизм отрицает путь. В постмодернизме возможно только постоянное бегство, без веры и надежды на счастливый исход, только падение в пропасть. Постмодернизм — это игра в поддавки, это заранее проигранная партия.

Герой Пелевина

Очень много места в произведениях Пелевина занимает социальная критика. В ранних книгах это была критика советской действительности, коммунистической идеологии и социалистической практики. Лжи и духовному насилию “большого мифа” Пелевин противопоставляет внутреннюю свободу, которую каждый человек может обрести в своем внутреннем мире, в духовной реальности. Еще более жестко Пелевин критикует постсоветскую действительность, “западный” образ жизни, современное общество потребления, утратившее социальные, моральные и духовные ценности. Он очень ярко и убедительно показывает онтологический кризис, то есть кризис всей социальной реальности и самого человеческого бытия.

Герой произведений Пелевина — это не только постсоветский человек, человек в отсутствии ценностей, заблудившийся в истории и потерявшийся в пустыне смыслов современной цивилизации. Часто герои его книг не являются людьми, это могут быть насекомые и животные, оборотни, вампиры и т. п. Таким образом автор изображает человека после истории, вне нравственности, запутавшегося в собственных образах, исчезающего в пустоте. Сущность человека ускользает от него самого, человеческая природа мутирует и деградирует. Человек забывает, теряет себя, растворяется в своих отражениях и ролях.

Биография

ФИО:
Виктор Пелевин

Жанр:
Социальная фантастика, Фантастика, Русская фантастика, Современная проза, Проза, Контркультура

Виктор Олегович Пелевин (род. 22 ноября 1962, Москва) — современный российский писатель.

Родился в Москве 22 ноября 1962 года. В 1979 году окончил московскую среднюю английскую спецшколу № 31 (сейчас гимназия им. Капцовых № 1520). Эта школа находилась в центре Москвы, на улице Станиславского (теперь Леонтьевский переулок), считалась престижной, там же работала завучем и преподавателем английского языка мать Виктора — Ефремова Зинаида Семёновна. Его отец, Олег Анатольевич, тоже работал преподавателем — на военной кафедре в МГТУ им. Баумана. В 1985 году окончил Московский энергетический институт по специальности электромеханик, учился в Литинституте, но был отчислен. Несколько лет являлся сотрудником журнала «Наука и религия», где готовил публикации по восточному мистицизму. Первое опубликованное произведение — сказка «Колдун Игнат и люди» (1989). Книги Пелевина переведены на все основные мировые языки, включая японский и китайский. Пьесы по его рассказам с успехом идут в театрах Москвы, Лондона и Парижа. French Magazine включил Виктора Пелевина в список 1000 самых значимых современных деятелей мировой культуры (Россия в этом списке, кроме Пелевина, представлена также кинорежиссёром Сокуровым). В конце 2009 года по результатам опроса был признан самым влиятельным интеллектуалом России.

Основная тема произведений Пелевина – иллюзорный характер реальности, другие миры и альтернативные версии российской истории. Это и центр управления советской Россией, который находился в подземельях под Кремлем (Повесть огненных лет), и версия перестройки, якобы возникшей в результате мистических упражнений уборщицы Веры Павловны, сосланной после смерти в роман Чернышевского в наказание за «солипсизм на третьей стадии».

Грань между жизнью и смертью, как правило, размыта: герои Вестей из Непала и Синего фонаря вдруг начинают понимать, что они – мертвецы, а старая шаманка легко вызывает из «нижнего мира» погибших на войне немецких летчиков, чтобы русские девушки, выйдя за них замуж, могли бы уехать заграницу (Бубен Верхнего Мира, 1993). Пелевин охотно пользуется мотивом инвариантности мира и для оживления своих описаний. Вот, например, «импрессионистский» портрет одного из красноармейцев в романе Чапаев и Пустота: «Жербунов недоверчиво хмыкнул, а у Барболина на лице на миг отобразилось одно из тех чувств, которые так любили запечатлевать русские художники девятнадцатого века, создавая народные типы – что вот есть где-то большой и загадочный мир, и столько в нем непонятного и влекущего, и не то, что всерьез надеешься когда-нибудь туда попасть, а просто тянет помечтать иногда о несбыточном». Здесь заметна так же типичная для Пелевина ирония над штампами русской классики, поскольку эти бывшие крестьяне – активные участники красного террора, которым даже известно, что человечина похожа на говядину: «Я пробовал».

Но, по мнению Пелевина, в наших силах осознать иллюзорность своей жизни и выйти навстречу подлинному Бытию. Так это и происходит с героями большинства его книг: цыплятами, которые вырвались за окна инкубатора, развив свое самосознание и врожденные способности. (Хотя автор и намекает, что «настоящий» мир имеет и свои минусы. С какого-то момента цыплятам на крылья приходится нацеплять гайки: в процессе упражнения ноги почему-то отрываются от земли (Затворник и Шестипалый)). Освобождается от иллюзорного мира и мотылек Митя, превратившись в светлячка (Жизнь насекомых), и сарай с душой велосипеда, обретающий истинную жизнь после устроенного им самим пожара (Жизнь и приключения сарая № ХХII). Рассказчик Желтой стрелы (1993) сходит в конце концов с бесконечного поезда, двигающегося к «разрушенному мосту», а Чапаев, Анна и Петр погружаются в финале романа в «Условную реку абсолютной любви» – сокращенно «Урал».

Но не верно будет относить произведения Пелевина только к мистической литературе. С таким же успехом их можно прочитать и как философскую притчу, и как юмористическую повесть, и даже как самоучитель Public Relations – роман Generation «P» (1998), самим Пелевиным названный в одной из бесед (поскольку интервью он не дает из принципа) – «производственным романом о рекламе».

Адаптации

Произведения писателя неоднократно ставились в театре. Так, в 2000 году Павел Урсул в здании Театра клоунады им. Терезы Дуровой представил спектакль «Чапаев и Пустота», а в 2001 году киевский театр ДАХ поставил по тому же роману спектакль «…четвёртый лишний…». В 2005 году в рамках театрального фестиваля NET в Театральном центре «На Страстном» состоялась премьера интерактивного спектакля Жу Монтвилайте «Shlem.com» по роману Пелевина «Шлем ужаса». В 2007 году на сцене филиала московского театра им. Пушкина спектакль «Бубен верхнего мира», поставленный режиссёром Мариной Брусникиной по мотивам рассказов Пелевина, открыл новый театральный сезон, а в феврале 2008 года в Театральном центре на Страстном состоялась премьера спектакля «Хрустальный мир» по одноимённому рассказу писателя (режиссёр Сергей Щедрин).

В 2008 году в СМИ появилась информация о том, что компания «Гарпастум-фильм» снимет фильм «А Хули» по «Священной книге оборотня» Пелевина. В 2009 году стало известно о съёмках в Германии фильма «Мизинец Будды» («Buddha’s little finger») по мотивам романа «Чапаев и пустота». 14 апреля 2011 года в российский прокат вышел фильм «Generation П», снятый Виктором Гинзбургом по одноименному роману Пелевина. Картина снималась с октября 2006 по январь 2011 года, её бюджет составил 7,5 миллионов долларов. Сам писатель в съёмках фильма участия не принимал. Фильм оказался успешным, и в мае 2011 года Гинзбург объявил о намерении экранизировать ещё один роман Пелевина — «Empire V». На роль в экранизации Митры Гинзбург утвердил известного российского рэпера Oxxxymiron (Мирон Федоров). 13 апреля 2016 года вышла картина под названием «Мухаморы», снятая киностудией «Патриот синема», в главной роли снялся Александр Баширов, данный фильм стал первой и наиболее удачной виртуализацией творчества Виктора Олеговича, в литературной основе сценария лежит рассказ «Музыка со столба».

Список экранизаций

  • «Generation П» ()
  • «Ничего страшного» () — короткометражная экранизация рассказа «Синий фонарь», дипломная работа реж. У. Шилкиной
  • «Мизинец Будды» () — немецкая экранизация по мотивам романа «Чапаев и Пустота»
  • «Мухаморы» () — фантазии на тему рассказа «Музыка со столба»; режиссёр — Рубик Злословский; в главной роли — Александр Баширов
  • «Бубен Верхнего Мира» (2017) – короткометражная экранизация одноименного рассказа. Режиссёр Т.Перцева
  • «Спокойной ночи!»[источник не указан 959 дней] () — не был завершён
  • «Empire V» (начаты съёмки), в главных ролях — Павел Табаков и рэпер Oxxxymiron

Феномен писателя

Разнообразие и необычность творчества Пелевина вызывают к жизни самые разные слухи и мифы о нем самом. Подозревают, что Пелевин — это группа авторов, или что его тексты пишет компьютер, или что никакого Пелевина вообще нет, он — коллективная галлюцинация в сознании читателей, виртуальная реальность или сама Пустота. Сам автор дает много поводов для таких суждений: он окружил свою жизнь таинственностью, очень редко показывается на людях, почти не дает интервью, не участвует в публичных мероприятиях и тусовках, не желает фотографироваться.

Образ Пелевина двоится. С одной стороны, в нем нет ничего такого, чего нет или не могло бы быть в любом из нас. С другой стороны, в Пелевине есть какая-то загадка, некая тайна. Кто же он такой — графоман, который чутко уловил модные темы в современной литературе, культовый писатель, который сам создает моду, или глубокий мыслитель, распознавший тенденции развития философского и религиозного мышления?

Наверное, ни один другой автор не вызывал такого раскола мнений: критики ругают, читатели читают, писатели завидуют. Пелевин — это парадокс: презирая массовую культуру, он является одним из самых издаваемых писателей, критикуя интеллектуальные моды, приобрел массу фанатов, разоблачая современные мифы, стал создателем новой мифологии. В определенном смысле Пелевин — символ нашей противоречивой эпохи, совмещающей несовместимое, смешивающей высокое и низкое, сочетающей массовое и элитарное, соединяющей духовность с торговлей.

Сочинения

Циклы произведений

  • Элегия 2 (2003)
  • Мощь великого
    • Числа (2003, роман)
    • Македонская критика французской мысли (2003, повесть)
    • Один вог (2003, рассказ)
    • Акико (2003, рассказ)
    • Фокус-группа (2003, рассказ)
  • Жизнь замечательных людей
    • Гость на празднике Бон (2003, рассказ)
    • Запись о поиске ветра (2003, рассказ)

Романы

  • 1992 — Омон Ра
  • 1993 — Жизнь насекомых
  • 1996 — Чапаев и Пустота
  • 1999 — Generation «П»
  • 2003 — Числа (в составе сборника ДПП (NN))
  • 2004 — Священная книга оборотня
  • 2005 — Шлем ужаса: Креатифф о Тесее и Минотавре
  • 2006 — Empire V
  • 2009 — t
  • 2011 — S.N.U.F.F.
  • 2013 — Бэтман Аполло
  • 2014 — Любовь к трём цукербринам
  • 2015 — Смотритель
  • 2016 — Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами
  • 2017 — iPhuck 10
  • 2018 — Тайные виды на гору Фудзи
  • 2019 — Искусство лёгких касаний

Рассказы

  • 1989 — Колдун Игнат и люди (Сказочка)
  • 1990 — Оружие возмездия
  • 1990 — Реконструктор (Об исследованиях П. Стецюка)
  • 1991 — Вести из Непала
  • 1991 — Встроенный напоминатель
  • 1991 — Девятый сон Веры Павловны
  • 1991 — День бульдозериста
  • 1991 — Жизнь и приключения сарая Номер XII
  • 1991 — Луноход (отрывок из повести «Омон Ра»)
  • 1991 — Мардонги
  • 1991 — Миттельшпиль
  • 1991 — Музыка со столба
  • 1991 — Онтология детства
  • 1991 — Откровение Крегера (Комплект документации)
  • 1991 — Проблема верволка в средней полосе (Верволки средней полосы)
  • 1991 — СССР Тайшоу Чжуань. Китайская народная сказка (Правитель)
  • 1991 — Синий фонарь
  • 1991 — Спи
  • 1991 — Ухряб
  • 1991 — Хрустальный мир
  • 1992 — Ника
  • 1993 — Бубен Нижнего мира (Зелёная коробочка)
  • 1993 — Бубен Верхнего мира
  • 1993 — Зигмунд в кафе
  • 1993 — Полёт над гнездом врага (глава из романа «Жизнь насекомых»)
  • 1993 — Происхождение видов
  • 1994 — Иван Кублаханов
  • 1994 — Тарзанка
  • 1995 — Папахи на башнях
  • 1996 — Водонапорная башня
  • 1996 — Святочный киберпанк, или Рождественская Ночь-117.DIR
  • 1997 — Греческий вариант
  • 1997 — Краткая история пэйнтбола в Москве
  • 1999 — Нижняя тундра
  • 1999 — Явление героя (отрывок из романа «Generation П»)
  • 2001 — Time Out (Тайм-аут, или Вечерняя Москва)
  • 2003 — Акико (в составе сборника «ДПП (NN)»)
  • 2003 — Гость на празднике Бон (в составе сборника «ДПП (NN)»)
  • 2003 — Запись о поиске ветра (в составе сборника «ДПП (NN)»)
  • 2003 — Македонская критика французской мысли (в составе сборника «ДПП (NN)»)
  • 2003 — Один вог (в составе сборника «ДПП (NN)»)
  • 2003 — Фокус-группа (в составе сборника «ДПП (NN)»)
  • 2004 — Свет горизонта (дополнение к «Жизни насекомых»)
  • 2005 — Who by fire
  • 2008 — Зал поющих кариатид (в составе сборника «П5»)
  • 2008 — Кормление крокодила Хуфу (в составе сборника «П5»)
  • 2008 — Некромент (в составе сборника «П5»)
  • 2008 — Пространство Фридмана (в составе сборника «П5»)
  • 2008 — Ассасин (в составе сборника «П5»)
  • 2010 — Операция «Burning Bush» (в составе сборника «Ананасная вода для прекрасной дамы»)
  • 2010 — Зенитные кодексы Аль-Эфесби (в составе сборника «Ананасная вода для прекрасной дамы»)
  • 2010 — Созерцатель тени (в составе сборника «Ананасная вода для прекрасной дамы»)
  • 2010 — Тхаги (в составе сборника «Ананасная вода для прекрасной дамы»)
  • 2010 — Отель хороших воплощений (в составе сборника «Ананасная вода для прекрасной дамы»)

Эссе

  • 1990 — Гадание на рунах, или Рунический оракул Ральфа Блума
  • 1990 — Зомбификация. Опыт сравнительной антропологии (Зомбификация советского человека)
  • 1993 — ГКЧП как Тетраграмматон
  • 1993 — Джон Фаулз и трагедия русского либерализма
  • 1993 — Икстлан — Петушки
  • 1996 — Ultima Тулеев, или Дао выборов
  • 1998 — Имена олигархов на карте Родины
  • 1998 — Последняя шутка воина
  • 2001 — Код Мира (на русском не публиковалось, в сети есть перевод с немецкого, выполненный энтузиастами)
  • 2001 — Мост, который я хотел перейти
  • 2001 — Подземное небо (на русском не публиковалось, в сети есть перевод с немецкого, выполненный энтузиастами)
  • 2002 — My Mescalito Trip (Мой мескалитовый трип) (написано автором по-английски, в сети имеются переводы на русский, выполненные энтузиастами)

Стихи

  • 1993 — Осень (стихотворение из романа «Чапаев и Пустота»)
  • 2003 — Элегия 2 (в составе сборника «ДПП (NN)»)
  • 2005 — Психическая атака. Сонет

Сборники

  • 1991 — Синий фонарь
  • 1996 — Сочинения
  • 1998 — Жёлтая стрела
  • 2002 — Встроенный напоминатель
  • 2003 — Песни царства «Я»
  • 2003 — ДПП (NN)
  • 2005 — Все повести и эссе
  • 2005 — Все рассказы
  • 2005 — Relics. Раннее и неизданное
  • 2008 — П5: Прощальные песни политических пигмеев Пиндостана
  • 2010 — Ананасная вода для прекрасной дамы

Пелевин и христианство

В книгах Пелевина есть все. Кроме самого главного. Нет слова “Бог”. Нет Бога в христианском понимании, в котором Он предстает как абсолютная Личность, Творец и Промыслитель. Трудно предположить, что Пелевин ничего об этом не знает.

Интеллектуальный уровень и философский потенциал апофатического богословия и исихазма не уступят лучшим образцам восточной мудрости. Почему же Пелевин, коллекционируя самые разные, далекие от нас экзотические религиозные системы и концепции, проигнорировал то, что ближе всего? Почему ходит все вокруг да около, даже не упоминая о такой мощной религиозной традиции, как христианство, сыгравшей далеко не последнюю роль в мировой духовной истории? Есть два варианта ответа на этот вопрос. Либо христианство настолько чуждо Пелевину, что он не хочет даже упомянуть о нем. Либо оно спрятано где-то глубоко внутри, хранится в тайне, как сокровище.

Можно заподозрить у Пелевина христианский подтекст? Наверное — нет. Возможно ли христианское понимание творчества Пелевина? Пожалуй — да. Возможен ли православный ответ на его вызов? Возможен и желателен. Тем более что мы знаем произведения некоторых авторов, в которых произошла встреча литературного модернизма и христианства. Например, “Москва — Петушки” Венедикта Ерофеева.

Некоторые остроты Пелевина задевают христианство. Однако объектом его иронии является не само Православие с его духовной традицией, а уровень развития религиозного сознания у многих наших современников, в первую очередь у прототипов героев Пелевина.

Разумеется, Пелевин не может заменить для православного читателя духовную литературу, но он может достаточно ярко и рельефно показать мир, в котором мы живем, его проблемы и болезни. Он может поставить более-менее точный диагноз, даже если и не знает Врача.

Тексты Пелевина могут стать проблемой для ленивых умом. Конечно, его книги — это провокация, но она опасна только для тех, кто не уверен в себе, у кого нет собственных убеждений и твердой веры. Для них эти книги станут соблазном, подменой, препятствием, преградой на пути к Богу. Читатель может увлечься и забыть, что ему на самом деле нужно для исправления своей жизни и Кто ему необходим для исцеления души.

Пелевин не так страшен, как иногда может показаться. С ним не нужно воевать, его должно превзойти, преобразить. Нет смысла бороться с детскими сказками или страшилками, они нужны детям. Ребенок вырастет и узнает что-то большее и лучшее, чем сказки. В каком-то смысле сказки постепенно готовят детей к жизни в мире взрослых. В сказках есть зло и насилие, боль и смерть. Это малые дозы яда, которые укрепляют иммунитет. Но есть и противоядие: в тех же сказках есть добро и любовь, милосердие и самопожертвование. На мой взгляд, было бы правильным воспринимать книги Пелевина как сказки для взрослых, как “философию на вырост”.

Станислав Гурин

Продолжение следует…

Примечания

  1. Огрызко В. В. Самый загадочный писатель // Литературная Россия. — 21.10.2005. — № 42.
  2. World’s richest fiction prize reveals shortlist // BBC News. — 05.03.2001.
  3. Премия Андрея Белого-2003. — Журнальный зал. — Версия от 19.03.2012
  4. Итоги (сезон 2009—2010). — Сайт премии «Большая книга». — Версия от 19.03.2012
  5. «Электронная буква» объявила победителей. — Pro-Books.ru, 08.02.2012
  6. . eksmo.ru. Дата обращения 19 января 2018.
  7. Герасимов, Николай. . kp.ru. «Комсомольская Правда» (22.11.2017). Дата обращения 13 мая 2018.
  8. . Культура.РФ. Дата обращения 13 мая 2018.
  9. Leo Kropywiansky. Victor Pelevin. — BOMB Magazine, 01.03.2002. — № 79/Spring 2002
  10. . RuNews24.ru (28.09.2017).
  11. Творческое содружество “Дороги весны”. (22 ноября 2017). Дата обращения 18 февраля 2019.
  12. . Российская газета. rg.ru (18.09.2017).
  13.  (недоступная ссылка). «Национальный бестселлер». Дата обращения 22 февраля 2013.
  14. Первая значительная литературная премия составляет 3 миллиона рублей, вторая — 1,5 миллиона рублей, третья — 1 миллион рублей.
  15. . Prospect (20.12.2009). Дата обращения 21 августа 2011.

Пелевин и классическая литература

В произведениях Пелевина представлен очень широкий культурный контекст: от русской литературной классики до современной молодежной субкультуры. Его тексты находятся на грани между классической и современной, академической и популярной, элитарной и массовой культурами. Можно сказать, что Пелевин строит мост между культурным наследием, классической традицией и молодежной субкультурой.

Его называют последователем Гоголя и Булгакова, преемником линии социальной сатиры и наследником мистического направления в русской литературе. Основные темы книг Пелевина — это присутствие героя в “плохой реальности”, его самопознание в сложной ситуации, существование личности в эпоху исторических катаклизмов, самоопределение человека в страшной окружающей действительности. Это проблемы личного выбора и социальной ответственности, художественного творчества и духовных поисков, страха смерти и надежды на спасение. На мой взгляд, очевидна общая воспитательная направленность его творчества. Проповедь, которая есть в его книгах, обращена именно к совести наших современников.

Да, это может показаться неожиданным, но, на мой взгляд, Пелевин — моралист и проповедник духовности, только в новых исторических и социальных условиях, в новых и непривычных формах. Роман “Чапаев и Пустота” — это произведение, в котором затронуты те же самые вечные вопросы, задеты те же болевые точки, что и в классической русской литературе: истина, совесть, добро и зло, предательство и любовь.

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector